 Живой портрет в исполнении Энди Уорхола – это портрет, растянутый в пространстве – на миллионы кино кадров – и во времени, которое явно имело особое значение для экспериментатора. Оцифровка сделала кинонаследие Уорхола более мобильным. И несколько лет назад Нью-Йоркский музей современного искусства (МОМА), можно сказать, отправил кадры, созданные поп-артовым творцом, в мировой прокат. Были Берлин, Сан-Пауло, Рио -де-Жанейро , Буэнос- Айрес и Майами. В России – Эрмитаж, музей имени Пушкина, Третьяковка и, наконец, – Государственный музей современного искусства при Академии Художеств. Медиаискусство в российском музее по-прежнему новость. 24 проектора, необходимых для выставки Уорхола, Московский музей современного искусства занимал у коллег.
Василий Церетели, директор Московского музея современного искусства: «Самая большая сложность в организации такого рода выставок – это своз большого количества техники».
 А вот Уорхол технику боготворил, мечтал даже сам уподобиться машине по серийному производству искусства. Поэтому 16-тимиллиметровая камера для начала 60х – абсолютный гаджет - у Уорхола появилась раньше, чем у Нам Джун Пайка, которого считают основателем видеоарта.
«Снимать кино гораздо легче, чем рисовать картины. Включаешь камеру и уходишь, а она все за тебя делает», - рассказывал Уорхол.
63-ий - год основания уорхоловской студии «Фабрика». Ее завсегдатаев Уорхол усаживал перед камерой. Результат считался кинопробой.
Эрика Паперник, сотрудник Нью-Йоркского музея современного искусства (МОМА, США): «Когда мы впервые собрали эту выставку в 2003 году, она так и называлась «Кинопробы». Потом к кинопробам мы добавили пять фильмов Уорхола того же периода и назвали ее «Живые портреты».
Видеопортреты Уорхола и правда – живее его же живописных. В глазах у Энн Бьюкенен, вообще-то гламурной тусовщицы, блестит слеза, светская блондинка Джейн Хольцер чистит зубы, философ Сьюзан Зонтаг хохочет, создатель «Беспечного ездока» напевает что-то свое, а Сальвадор Дали и вовсе висит вниз головой. А еще они, как во сне, немного заторможены.
Эрика Паперник, сотрудник Нью-Йоркского музея современного искусства (МОМА, США): «Дело в том, что снимал Уорхол со скоростью 24 кадра в секунду, а воспроизводил со скоростью 16 кадров».
Поэтому портреты хоть и сняты на пленку, но почти неподвижны. Идея о промежуточном положении кинопроб Уорхола между видеопоэзией и живописным портретом отражена в дизайне выставки.
Мартин Фогель, дизайнер выставки (Германия): «Мы решили проецировать видео на холсты в рамах. Видите, все по-настоящему, даже зазор есть небольшой между холстом и рамой. Всё, чтобы показать – это не экранное искусство, а произведение художника».
Фильмы Уорхола, как и кинопробы, немые и черно-белые. И модели в них те же – персонажи нью-йоркского андеграунда 60-х. Роберт Индиана долго ест, поэт Джон Джиорно – спит. Другие целуются и стригут волосы. В последнем из девяти залов выставки «Живые портреты» – легендарный фильм «Эмпайр». Кто досмотрит это восьмичасовое произведение до конца, увидит, как в створке окна, из которого ведется съемка, мелькнет отражение Энди Уорхола
|
