Потрудившись на ниве рекламы и клипмейкерства, Юрий Грымов решил штурмовать вершины искусства кино. Сначала экранизировал повесть Тургенева «Муму». Потом снял таинственный фильм «Коллекционер», о котором даже бывалые люди не брались рассказать, что это и для чего это. «Казус Кукоцкого», телесериал по роману Л. Улицкой, удался Грымову куда больше. Наконец, четвертой попыткой Грымова стала загадочная картина «Чужие»... Куда стремится мятежный художник? Что несет людям этот гордый орел?

Действие фильма «Чужие» происходит «где­то на Востоке». Пятеро американцев, в обход минных полей, не слушая предостережения русских, рвутся в пустыню. Их цель сделать вакцинацию детям - разумеется, каким­то детям какую­то вакцинацию, раз мы «где­то на Востоке». Американцы не профессиональные врачи, а нанявшиеся за деньги  лузеры. Мы видим две семейные пары: муж - псих, со своей морщинистой от фальшивых улыбок женой; а также гомосексуалисты - черный силач с вечным чупа­чупсом во рту и стареющий придурок. Плюс пожилая учительница отталкивающей внешности. Вот такое лицо у этой цивилизации - прямо скажем, отвратительное.

Эти американские уроды поселяются «в каких­то развалинах», где немедленно заводят электричество, биотуалеты и даже душ. Детей на вакцинацию им привозят в огромных количествах, причем все они примерно одного возраста (9- 12 лет). У мужа­психа нет способности иметь детей, его  жена сразу идет искать какого­нибудь араба поздоровей, чтобы решить эту проблему, а геи давно мечтают кого­нибудь усыновить. Поэтому вся эта бригада, плотоядно поглядывая на юный Восток,  старается  развлечь детей с помощью то аккордеона, то выдолбленных тыкв, которые принято надевать на Хеллоуин. Американцы, очевидно, взяли их с собой как вещь первой необходимости. Однако арабские дети страшно пугаются тыкв, и в суматохе кто­то жестянкой пропарывает живот черному с чупа­чупсом.

Нужен хирург. Его, грязного и связанного, доставляют местные - это русский врач в исполнении В. Бычкова. Русский делает все, чего мир ждет от русских: моется,  блестяще делает операцию, хлопает водки и поет под аккордеон «Раскинулось море широко». Тем временем могучий араб­охранник «возделывает» морщинистую жену, учительница безуспешно пристает к мужу­импотенту, стареющий гей переживает за своего черного друга, и вся компания рыдает, воет, плачет, стонет и орет друг на друга. В конце фильма муж в корчах ревности убивает не араба­охранника, а почему­то бедного русского врача. Впрочем, ясно почему - потому что он вражина и гадина, подлый америкос.

Персонажей изображают американские актеры, а каких американских актеров можно нанять на скромные деньги  Федерального агентства по культуре и кинематографии, всем понятно. Играют они ужасно. Вот помню, при старом режиме советские артисты изображали людей всех национальностей, и ничего, даже интересно было. Зачем Грымову понадобились американцы, непонятно - если для достоверности, так все равно нет никакой достоверности. Примитивные сюжетные схемы, убогий текст. Скажем, муж­импотент начинает монолог так: «Однажды мой отец брился в ванной электробритвой. Она упала в воду. Удар током - и отец мертв...»  Такой текст годится для пародии, а перед нами вовсе не пародия, но пафосный антиамериканский фильм.

М. Булгаков предупреждал авторов: героев своих надо любить, а то вы будете иметь крупные неприятности. Грымов своих героев не любит и получает все неприятности, которые можно получить в игровом кино, - его фильм неприятно, неинтересно смотреть. Характеры героев не разработаны, действие движется от одной случайности к другой, а уж пафос и вовсе дутый. Дескать, американцы, убирайтесь с Востока, вы здесь чужие! Нельзя же путать военное вмешательство в дела чужих государств и гуманитарную деятельность, которую осуществляют  далеко не такие мерзкие люди, как персонажи Грымова. Попал бы сам режиссер в переплет на Востоке, так заплакал бы от счастья, увидев  флаг какой­нибудь гуманитарной миссии. Ясно, что режиссеру надо опираться на хорошую литературу - «Муму» и «Казус Кукоцкого» еще можно было смотреть, тогда как «Коллекционера» и «Чужих» решительно смотреть невозможно. Но главное для Юрия Грымова, позволю предположить, - это обрести покой и порядок в своей голове. Для больших картин нужны большие мысли, есть ли они у него?

Подумал ли он о том, что в Америке живут не только морщинистые истерички, подлые импотенты и гомосексуалисты. В ней - если взять другой ракурс - обитают талантливые режиссеры, хитрые продюсеры, блистательные актеры и умные профессиональные сценаристы!

Что они твердой рукой и очень умело проводят свою голливудскую глобальную «вакцинацию» всему миру. И что протестовать против этого, снимая собственное слабенькое кино, смешно.

В общем, загадка Грымова остается неразгаданной. С какой стати занесло его куда­то на Восток с целью антиамериканской пропаганды, неведомо. Что дальше - непредсказуемо. Но, видимо, не родился еще тот, кто прервет полет этого орла!