 «Король Репортеров», историк, летописец – сегодня исполнилось 155 лет со дня рождения Владимира Гиляровского. Если бы он написал одну только книгу «Москва и москвичи», то уже вошел бы в историю. Недаром современники называли его «живая память Москвы». Кроме того, он создал еще и массу очерков о дореволюционной России, запечатлел события своего времени.
«Летучий корреспондент» – так называл сам себя Владимир Гиляровский. Трагедия на Ходынском поле и пожар на фабрике Морозовых – это были его «эксклюзивы». Журналистское расследование с переодеванием и криминальный репортаж – в этих жанрах Гиляровский заслужил титул «короля репортеров». После революции он уже не пускался в авантюры, переключился на очерки и мемуары о дореволюционной Москве. «И сегодня книги Гиляровского покупают и переводят на другие языки. Это удивительно для журналиста. Какого еще журналиста столетней давности в массовом порядке читают люди? Гиляровского», – замечает краевед Сергей Брель.
На кадрах кинохроники можно увидеть, как сам Гиляровский идет по улицам Москвы, стоит на остановке трамвая. Этот город, так ярко описанный им в книге «Москва и москвичи», сегодня мало где сохранился. Разве что, в районе Хитровки. На углу Покровского бульвара и Подколокольного переулка Сергей Урсуляк снимает фильм «Исаев», на другом углу Эйзенштейн снимал фильм «Стачка». В кадре можно увидеть дом, в котором родился Скрябин. Он стоит на углу воспетой Гиляровским Хитровской площади. «Единственное, что мешает восприятию этой площади, это здание советского техникума», – продолжает Сергей Брель.
Сергей Брель из числа краеведов, стараниями которых Хитровка выявлена как объект охраны и достопримечательное место. «Гиляровскому надо поставить памятник за то, что он не дал Хитровку забыть. Уничтожено, застроено новоделом», – говорит Сергей Брель. Другой активист сообщества «Хитровка» Николай Аввакумов в своем интернет-дневнике скрывается за фотографией Гиляровского. Краеведы нередко обращаются к дяде Гиляю за вдохновением, но, увы, не за фактами. Например, трактир «Каторга» Гиляровский называл «притоном буйного и пьяного разврата, биржей воров и беглых», а Николай Аввакумов заглянул в архив Москомнаследия. «По описи владельцев – чайная. Трактира здесь не было», – утверждает он.
«Москва и москвичи» начинается на Ярославском вокзале в 1873 года, а заканчивается в Столешниках в 1934 году – то есть во времена, когда очернение дореволюционного прошлого приветствовалось, а желающих восстановить историческую справедливость становилось все меньше. И все же созданный Гиляровским миф о криминальной Хитровке работал на популярность этого места лучше, чем правда о сохранившихся там палатах XVII века и благотворителе генерал–майоре Николае Хитрово. «Удивительно: ни на одном здании на площади нет таблички: "Здесь бывал Гиляровский", "Этот дом описал Гиляровский"», – замечает Сергей Брель.
Москвоведение Гиляровского не историческое, не мемуарное, а мифологическое. То же самое можно сказать и о его биографии. Сбежал из гимназии, работал бурлаком и пожарником, наездником в цирке и актером. Дружил с художниками. Самый веселый запорожец на полотне Репина писан с дяди Гиляя. Ломал стулья на даче у Чехова, консультировал Станиславского при постановке пьесы «На дне». Если он что и придумал, то сделал это с таким артистизмом, что с этими историями веселее, чем без них.
|
