Бесспорным ежегодным украшением календаря концертной жизни Москвы является авторский цикл дирижера Геннадия Рождественского. В этом году благодарственные поклоны маэстро будут адресованы не только аплодирующей публике и артистам Государственной академической симфонической капеллы России, но и великому Францу Шуберту, 180-летию со дня рождения которого посвящен нынешний цикл. Основной акцент сделан на духовную музыку композитора.

Геннадий Рождественский изменил бы себе, если бы ограничился только амплуа дирижера на сцене. Вторая его ипостась – оратор, комментатор собственных авторских вечеров. Маэстро признался, что самую сложную дилемму этой программы задал сам композитор – Франц Шуберт. «Скажите мне, объясните, зачем он написал столько музыки?» – говорит Рождественский.

Произведения Шуберта стали одной из важнейших составляющих репертуара Государственной академической симфонической капеллы России, которую возглавляет Валерий Полянский. «Мы Шуберта поем постоянно. Хор спел все мессы Шуберта – от первой до шестой, плюс Немецкая месса», – замечает Полянский.

Немецкую мессу Шуберт написал, когда ему было тридцать лет. У композитора было два варианта этого произведения. Позже появилось множество переложений. Месса написана для смешанного хора, духовых, литавр и органа. Разбирая это сочинение, Геннадий Рождественнский шутит: о струнных инструментах молодой композитор, видимо, забыл.

4 мая исполняется 75 лет Геннадию Рождественскому - дирижеру, которого смело можно назвать и Колумбом, открывшем для советского слушателя музыку композиторов ХХ века, и гениальным интерпретатором классических произведений.

Геннадий Рождественский начал учиться музыке с шести лет. Закончив Центральную музыкальную школу как пианист, он поступил в 1949 году в Московскую консерваторию, где занимался по классу фортепиано у Льва Оборина и по классу дирижирования у своего отца, выдающегося дирижера Николая Аносова. Начало творческого пути Геннадия Рождественского было связано с Большим театром. Еще будучи студентом консерватории он дебютировал балетом Чайковского «Спящая красавица». В том же 1951 году, пройдя отборочный конкурс, он был принят балетным дирижером Большого театра и проработал в этом качестве до 1960 года.

«В 1949 году я начал дирижировать на этой сцене, - говорит Геннадий Рождественский. - Она не изменилась, правда, в зале кресла стали другие и некоторые портреты композиторов, украшающие мой любимый зал, поменялись. Зато во мне произошли большие изменения. Сейчас я играю только то, что хочу, там, где хочу и когда хочу. В начале дирижерской работы словно пробиваешься сквозь скалу, разбивая в кровь голову, руки, ноги. Скала, естественно, - это жизнь. А любой оркестр, с которым приходится встречаться, это необходимый союзник и проповедник того, что я в него вкладываю».

Вскоре Рождественский дирижировал балетами «Бахчисарайский фонтан», «Лебединое озеро», «Золушка», «Сказ о каменном цветке» и другими спектаклями театра, участвовал в постановке балета Родиона Щедрина «Конек-Горбунок» (1960). В 1965-70 годах Геннадий Рождественский являлся главным дирижером Большого театра. Его репертуар в театре охватывал около сорока опер и балетов. Дирижер принимал участие в постановках балетов «Спартак» Арама Хачатуряна (балетмейстер Юрий Григорович, 1968), «Кармен-сюита» Бизе - Щедрина (балетмейстер Альберт Алонсо, 1967), «Щелкунчик» Петра Чайковского (балетмейстер Юрий Григорович, 1966) и других; впервые на русской сцене он поставил оперы «Человеческий голос» Франсиса Пуленка (1965), «Сон в летнюю ночь» Бенджамина Бриттена (1965).

С 1950-х годов имя Геннадия Рождественского стало хорошо известно и поклонникам симфонической музыки. За более чем полувековую творческую деятельность маэстро Рождественский стоял за дирижерским пультом практически всех прославленных русских и зарубежных симфонических коллективов. В 1961-1974 годы он был главным дирижером и художественным руководителем БСО Центрального телевидения и Всесоюзного радио.

Расставшись с БСО, с 1974 по 1985 годы Рождественский был музыкальным руководителем Московского камерного музыкального театра. Верный принципу репертуарных открытий, дирижер (в сотрудничестве с режиссером Борисом Покровским) возродил к новой жизни оперы «Нос» Дмитрия Шостаковича и «Похождение повесы» Игоря Стравинского, провел ряд интересных премьер.
Наконец, в 1982 году дирижер становится во главе тогда же образованного Государственного симфонического оркестра Министерства культуры СССР (в 1991 году при слиянии ГСО с Государственным камерным хором была образована Государственная академическая симфоническая капелла России, которую ныне возглавляет Валерий Полянский). Десять лет руководства этим коллективом (1982-1992) стали временем создания уникальных концертных программ (монографические концертные циклы «Антон Брукнер и его время», «Богуслав Мартину и чешская музыка ХХ века» и др.) и создания комплектов записей, включающих все симфонии Антона Брукнера, Густава Малера, Александра Глазунова, Дмитрия Шостаковича.

К середине 70-х годов Геннадий Рождественский становится одним из самых авторитетных дирижеров Европы. С 1974 по 1977 годы он был главным дирижером Стокгольмского симфонического оркестра, позднее руководил оркестром ВВС в Лондоне (1978-1981) и Венским симфоническим (1980-1982).

В юбилейном, 225-м сезоне Большого театра Геннадий Рождественский стал генеральный художественный директор ГАБТа (с сентября по июнь 2000 года), за это время разработав для театра ряд концептуальных проектов и подготовив мировую премьеру оперы «Игрок» Сергея Прокофьева во второй авторской редакции.

Высказывания Рождественского всегда очень точны. Особенные красота и тембр голоса, яркость и сила создаваемого им словесного образа, а также артистизм снискали ему славу лучшего ведущего его концертов.
«На сцене дирижер - носитель идей и излучатель оных, - говорит маэстро Рождественский. - Когда вы оборачиваетесь в зал и видите публику, которая пришла на концерт, вы должны пробудить в ней энергию либо со знаком плюс, либо со знаком минус - и последнее тоже хорошо. Когда же публика уходит равнодушной - тогда плохо. Любое сочинение Шостаковича заставляет меня относиться к нему с "обнаженными нервами". Когда я играю любую его симфонию, заметьте - любую, то после концерта я говорю самому себе, что это лучшее сочинение.
В свое время, в юности я, например, отдавал предпочтение Рахманинову перед Чайковским. Потом, лет через 15, это поменялось. Чайковский стал возвышаться. Это не значит, что Рахманинов начал опускаться. Затем Гайдн стал занимать в моих программах большое место. Я его не знал. Я горжусь, что в 2000-м году в Токио я закончил исполнение цикла из 107 симфоний Гайдна. Я смог проникнуть в этот мир, жить и наслаждаться этой музыкой».

Крупнейший интерпретатор музыки ХХ века, Рождественский познакомил отечественную публику со многими неизвестными ей сочинениями Антона Брукнера, Арнольда Шенберга, Пауля Хиндемита, Бэлы Бартока, Оливье Мессиана, Дариюса Мийо, Артюра Онеггера; по существу, он вернул России наследие Игоря Стравинского. Под управлением Рождественского прозвучали премьеры многих произведений Родиона Щедрина, Слонимского, Эшпая, Тищенко, Гии Канчели, Альфреда Шнитке, Софии Губайдулиной, Эдисона Денисова.

Павел Коган в интервью корреспонденту сайта телеканала «Культура» сказал о Геннадии Рождественском:
«Геннадий Николаевич – корифей дирижерского искусства, его репертуар стилистически очень богат и, фактически, не знает хронологических границ. Он – дирижер-интеллектуал с блестящей школой. Отдавая должное классике, русской и зарубежной, Рождественский всегда являлся великолепным интерпретатором новой музыки, музыки ХХ века. В 60-е годы именно ему отечественная публика обязана знакомством с творчеством авторов, произведения которых в СССР не звучали никогда. Легкость, скрупулезность интерпретаций, почти магнетический контакт с оркестрантами и залом – черты присущего Геннадию Рождественскому стиля».