 «Будить в человеке человеческое, заслоняя пошлость жизни» – так определял миссию художника Николай Ге. Жертвенное стремление к высшей истине стало главной темой творчества мастера, воплощенной в знаменитом цикле «Страдания Христа». Святейший Синод обвинил живописца в «вульгаризации» Евангелия. Лев Толстой назвал «Страдания» эпохой в христианском искусстве. Работы этого цикла находятся в собрании Третьяковской галереи. В течение трех лет, к 180-летию со дня рождения мастера, сотрудники музея планируют отреставрировать все его полотна. «Первой ласточкой» стала картина «Суд Синедриона».
Долгие годы реставраторы считали, что у этой картины «асфальтовая болезнь», которая вызывает текучесть красок. Этой болезнью во второй половине XIX века страдали не только произведения Ге, но и работы Репина, Куинджи. Дело в том, что художники использовали асфальтовые краски на основе битума, который оказался вредным для картин. Их поверхность быстро темнела. «Считалось, что Ге тоже применял асфальтовые краски, и по этой причине картина переживает такие перетурбации. Если вы видели ее до реставрации, то вы видели пузыри, которые лопались, и там возникали грунт и холст. Оказалось, что битума в этой картине нет», – поясняет специалист по творчеству Николая Ге Татьяна Карпова.
Причина болезни оказалась иной. Картины Евангельского цикла Николая Ге вызывали неоднозначную реакцию у публики. Сам художник неоднократно переписывал образ Христа, так что на полотне неравномерно распределялся красочный слой. К тому же холст оказался довольно тонким, чтобы удерживать такую массу. Начались деформации, на полотне стали образовываться трещины и пузыри. После смерти Николая Ге его сын отправил картину в усадьбу Льва Толстого, который был поклонником художника. «Дочь Толстого, художница Сухотина попыталась эту картину привести в какой-то относительный порядок. Потому что, естественно, она прибыла, накатанная на вал. Здесь есть свидетельство этого путешествия, потому что полотно было накатано на вал и проложено газетами», – рассказывает главный хранитель Третьяковской галереи Екатерина Селезнева.
Газетные строчки настолько слились с красочным слоем, что их не удалось удалить даже после реставрации. Тем не менее, это не мешает восприятию картины, а напоминает о ее сложной судьбе. Да и сама реставрация стала возможной благодаря технологиям XXI века. «Нашей первой задачей было немножко размягчить рунт, красочный слой, чтобы он был пластичным, чтобы жесткие сломы, оседания могли выпрямиться и принять первоначальное положение», – говорит заведующий отделом реставрации масляной живописи Третьяковки Андрей Голубейко.
Затем нужно было зафиксировать результат и дублировать картину на более плотный холст, который может удержать большую массу красочного слоя. Реставраторам даже пришлось увеличивать размер вакумного стола, который по размеру оказался меньше картины. К нему были приделаны металлические пластины. Во время реставрации использовались только натуральные материалы и просчитывались физические законы существования холста. «Нагревается стол, предмет расширяется, что дает возможность уложить приподнятости и склеить рыбьим жиром, который хорошо связывает красочный слой», – продолжает Андрей Голубейко.
После этого картину тонировали. Осталось только поместить ее в раму. Предполагается, что к юбилейной выставке Николая Ге будет отреставрирован также зал художника в Третьяковке. И тогда все работы мастера будут представлены в лучшем виде.
|
