 Три года назад экс-директор «Кинотавра» Марк Рудинштейн засел за мемуары. Когда роман был закончен, Рудинштейн вдруг понял, что печатать его не решится никогда (кроме разве что отрывка, который в феврале появился в одном из глянцевых изданий и наделал много шуму). Ведь героями книжки стали не только видные чиновники от российской культуры, но и кумиры миллионов - Александр Абдулов, Олег Янковский, Татьяна Догилева, Михаил Ефремов... Причем многие из этих видных людей предстали в романе не в самом выгодном свете. Рудинштейн, слегка изменив фамилии некоторых персонажей, рассказал обо всем - как кинозвезды напивались в стельку на закрытых вечеринках, как изменяли своим вторым половинкам в специально обустроенных для этого номерах сочинской гостиницы «Жемчужина»... Почему Рудинштейн, ушедший после продажи «Кинотавра» в 2006 году в тень, вдруг решился заговорить? Лучше самого Марка Григорьевича на этот вопрос не ответит никто.
«ПЛЕМЯННИК ЯНКОВСКОГО УГРОЖАЛ ДОЧЕРИ»
- В 2006 году, после того как не состоялся первый Санкт-Петербургский кинофестиваль, я сел писать этот роман, - начал Рудинштейн. - Дело в том, что все деньги, вырученные от продажи «Кинотавра», я вложил в этот проект. Но из-за подковерных интриг некоторых деятелей нашего кино фестивалю в Петербурге в последний момент не дали зеленого света. И тогда я тяжело заболел. Я и сейчас болен, у меня тяжелая форма диабета. Но раньше я мог держать удар. А после той неудачи сказал себе: «Марк, ты стареешь». И тут же решил взяться за ручку. Конечно, мною двигала озлобленность, а это не самое хорошее чувство для написания книги. Но что сделано, то сделано. А вторым импульсом к написанию и публикации отрывка из романа в глянцевом журнале послужил эпизод, произошедший с моей дочерью Натальей. Она несколько лет работала в рекламной фирме, принадлежащей Игорю Янковскому - племяннику покойного Олега. В разгар кризиса 2008 года он ее уволил. Наталья открыла свое собственное дело. Некоторая часть сотрудников из фирмы Янковского перешли работать к ней. И тогда Игорь начал угрожать. Звонил и говорил: «Поосторожнее ходите по улицам». Я когда узнал об этом, был в бешенстве! Для начала я простопозвонил Игорю и напомнил, что по улицам ходит и он сам. А потом дал отмашку на публикацию выжимки из романа.
- То есть в книге вы описываете свои отношения с Олегом Янковским, который долгие годы был президентом «Кинотавра»?
- Там есть художественный образ, который во многом списан с актера. Мне сейчас на самом деле не очень хочется углубляться в воспоминания об Олеге - они, к сожалению, не самые приятные. Скажу так - впечатления от Янковского-актера и Янковского-человека у меня диаметрально противоположные. Он гениальный артист, но вне экрана Олег был совсем другим. Он был типичным человеком из старой актерской гвардии, которые со времен распада СССР считали, что им все вокруг должны.
До сих пор не уверен, правильно ли я сделал, что обо всем этом написал. Мне больно от того, что публикация отрывков из книги заставила страдать двух женщин, к которым я отношусь с большим уважением, - Людмилу Янковскую (вдова Олега Ивановича. - Авт.) и Оксану Фандеру (жена сына Олега Янковского Филиппа. - Авт.). Я хочу через «Комсомолку» перед ними извиниться. Понятно, что сейчас эти слова уже бессмысленны. Единственное, что я могу сделать, - это пообещать никогда не печатать эту книгу.
ПОКУШЕНИЕ НА АБДУЛОВА
- В вашей книге звучит реальная фамилия Абдулов. Вы утверждаете, что на одном из «Кинотавров» на Александра Абдулова было совершено покушение.
- Не совсем так. Покушение было совершено на директора Абдулова. В Сочи во время фестиваля всегда собираются не последние люди из бандитского мира. Как-то раз группа «братков» засела в одном ресторане. Они заказывали блатные песни оркестру - для пацанов из Тамбова, для пацанов из Новосибирска. А менеджер Абдулова, тоже сидевший в том ресторане, не выдержал и решил пошутить. Подошел к оркестру и громко объявил: «А сейчас для ребят из УБОПа прозвучит песня «Наша служба и опасна, и трудна». Бандиты тут же встали и ушли, ничего не сказав и оставив еду на столе. А спустя пару часов они его порезали ножом. Все происходило на глазах у прохожих. Кто-то кому-то неправильно передал информацию, и на улице раздался крик: «Абдулова зарезали!»
- В Сочи всегда с большим удовольствием ездили и зарубежные звезды. По ним вы в книге тоже прошлись?
- Приезжали с большим удовольствием и за большим гонораром (смеется). Да, про многих из них я в книге тоже написал. Там есть, скажем, эпизод про Жерара Депардье - как он беспробудно пил все время своего пребывания в Сочи. Звезды западного кино нужны для повышения статуса кинофестиваля. До «Кинотавра» про существование Сочи на Западе вообще никто не знал. А тут к нам приехал Депардье, напился, упал с унитаза и расшиб себе голову. И вот через год я прилетаю в Канны, общаюсь с тамошними функционерами. Представляюсь, говорю, что я - руководитель фестиваля в Сочи. «А, знаем, знаем, - отвечают они. - Это тот самый город, где Депардье упал с унитаза!»
- Какова была реакция персонажей вашей книги? Они ведь наверняка ознакомились с ней в первую очередь.
- Да, многие уже ознакомились. Истерику закатил пока только один актер. Не хочу называть его имени, но он известен у нас как главный плакальщик по всем умершим артистам. Про реакцию семьи Янковского я уже сказал. А вот Таня Догилева, к примеру, меня поддержала. Я про нее рассказываю, чего уж там, не самую красивую историю. Однажды она должна была вести церемонию открытия «Кинотавра». Но накануне вечером на одной из закрытых вечеринок Татьяна выпила несколько лишних бокалов и поссорилась с Михаилом Мишиным, своим мужем. Произошел семейный скандал, который закончился синяком под глазом Догилевой. Ни о какой церемонии открытия, разумеется, не могло быть и речи. Пришлось спешно искать ей замену. Она могла бы, конечно, и обидеться на то, что я про все это написал, но она, напротив, меня поддержала. Позвонила и сказала: «Марк, держись!»
ОБРАТНАЯ СТОРОНА МЕДАЛИ
- У многих может сложиться впечатление, что вы с помощью всех этих рассказов сводите с актерской братией какие-то личные счеты. Ощущение ведь остается, что вы вываляли всех в грязи, а сами остались в стороне - белым и пушистым.
- У Феликса Кривина есть короткая басня. Блоха провела зиму в голове великого человека. Прилетела обратно и на вопрос: «Ну как?» - ответила: «Голова как голова». Мораль басни проста: не разрешайте блохам рассуждать о великих головах. Это про меня. Но блохи рассказывают правду о жизни. Так что это не грязь, а правда.
- А может, вам просто обидно от того, что вы так и не стали частью этой звездной тусовки?
- «Кинотавр» создавал человек не тусовочный. Если вы внимательно отследите мое участие в светской жизни за 20 лет, то поймете, что за это время я появлялся только на «Кинотавре». Я терпеть не могу тусовку, не умею носить бабочек, смокингов. На открытии почти каждого «Кинотавра» я стоял в рваной майке в стороне и смотрел, как туда-сюда ходят звезды. И очень редко поднимался на сцену. А на четвертом-пятом году жизни фестиваля вовсе перестал туда стремиться. Потому что понял, что узнал слишком много того, чего никогда не хотел знать. Что другая сторона медали ужасна.
- Вот вы про изнанку звездной жизни с такой грустью рассказываете, а сами в книге написали про пять номеров в сочинской гостинице «Жемчужина», которые вы специально бронировали, чтобы актеры там уединялись со своими пассиями, пока жены загорают на пляже.
- Это были комнаты релаксации. Ключи от них находились на ресепшне «Кинотавра», доступ к ним имел ограниченный круг лиц, который определял я сам. При всей моей нелюбви к тусовке я понимал, что фестиваль не должен превращаться в формальное мероприятие. Почему фестивали надо проводить в красивых местах? Потому что фестиваль требует какого-то отдохновения. Надо посмотреть кино и пообщаться, влюбиться в талантливую актрису. Поэтому на фестивале надо создать зону красоты, праздника. Я, кстати, считаю предметом собственной гордости, что через девять месяцев после завершения «Кинотавра» многие наши актрисы рожали детей. В стране подрастают девять мальчиков и девочек, зачатых в Сочи, - в частности, у Вероники Долиной и Ларисы Гузеевой.
- Про бандитов и «Кинотавр» мы уже вначале поговорили. Были еще какие-нибудь неприятные инциденты с криминалитетом в Сочи?
- Конечно. Кто спонсировал в 90-е годы кинофестиваль? Могу покривить душой и сказать - бизнесмены. Но в то время между бизнесменом и бандитом не было разницы. В итоге случилось так, что юбилейный, 10-й «Кинотавр» в 2001 году проводился на деньги ялтинских пацанов. Я к тому времени от всего успел устать и уже тогда подумывал о том, чтобы продать фест. И этим пацанам на «Кинотавре» понравилось все, кроме собственно кино. Они подошли ко мне и высказали идею: мол, а нельзя ли показать фильмы по кабельному телевидению в отеле, пусть жюри сидит и смотрит. Тогда я понял, что отдавать им фестиваль нельзя. Они были возмущены! Однажды меня встретили в подъезде дома, дали по голове в расчете на то, что я испугаюсь и поменяю решение. Но еще пять лет, мучаясь, поруководил в ожидании нормальных людей, которые смогут взвалить на себя эту ношу. Надеюсь, Роднянский и Толстунов не обидятся на меня за эти воспоминания - на самом деле мне очень нравится то, что они делают с «Кинотавром» сейчас.
СПРАВКА «КП»
Марк Рудинштейн, российский кинопродюсер. Родился 7 апреля 1946 года в Одессе. Учился в ГИТИСе и Театральном училище имени Щукина. В 80-х занялся предпринимательством, за что был осужден на 6 лет строгого режима по статьям УК «дача взяток» и «расхищение социалистической собственности». Отсидев 11 месяцев, был оправдан. В 1989 году начал заниматься кинодистрибьюторской деятельностью. В 1991 году создал фестиваль «Кинотавр» - главный смотр отечественного кино. В 2006 году продал фестиваль продюсерам Игорю Толстунову и Александру Роднянскому.
Был трижды женат, имеет дочь Наталью от первого брака.
P.S. Администрация Teatral'а желает здоровья Марку Рудинштейну, выдержать все нападки недругов и всё таки опубликовать ПРАВДУ, пусть и художествнно обработанную. Валерий Худящев
|
