 Борис ТАРАСОВ «Театральные Новые Известия ТЕАТРАЛ» «Гамлет (датский)» в МАМТ им. Станиславского и Немировича-Данченко
Постановщики оперы «Гамлет (датский) (российская) комедия» совсем не мудрствовали, выбрав для очередной премьеры опус Владимира Кобекина по пьесе Аркадия Застырца. По хорошо проторенной дорожке «осовременивания» материала они добрались, наконец, до «Вильяма нашего Шекспира».
Вот только боюсь, что эта мировая премьера, несмотря на превосходную работу оркестра под руководством Феликса Коробова и великолепные актерские работы, будет пригодна лишь для детских утренников. И это не в обиду режиссеру Александру Тителю (он создал забавный и довольно остроумный «студийный капустник», что в данном случае более оправдано, чем в его интерпретациях классики), и художнику Владимиру Арефьеву, отправившему героев этой «российской комедии», как и положено, на свалку и заключившему малую сцену театра в кольцо с «интернациональной» надписью «VES MIR – TEATR». Они хотели как лучше, они думали, что так будет современно, «модно». Получилось, как всегда.
То, что создали эти шестидесятилетние творцы, буквально и с детской радостью воплощая на сцене близкий их духу тезис автора пьесы «По части «вставить» – все мы мастера», сегодня «тянет» лишь на пережеванный дайджест классики для зомбированных интернетом тинейджеров. Именно их заинтересует открывающая спектакль перепалка стражников: «Японский бог!..» – «Пошел ты в ж...!», не дадут уснуть размышления Гамлета: «Иметь иль быть? Вопросец-то не прост, особенно когда тебя имеют», оживит легкий стриптиз Гертруды и повеселит виртуозный танец безголового «умруна».
По сложившейся традиции, спектакль Тителя вертится вокруг сакраментального вопроса «Иметь иль не иметь?». Ответ режиссера однозначен – иметь! Ну, вот все на протяжении спектакля и имеют всех, ибо, как очевидно: «Прогнил весь мир». Лаэрт имеет Офелию, Гамлет – тоже, безымянные «актеры» имеют друг друга, Клавдий имеет всех.
Среди тотального «перепихона» и бесчисленных режиссерских гэгов на уровне «ниже пояса», множественных цитат и заимствований, бесконечных криков «Скотина» и «Ах ты, сука!» совсем нездешними кажутся лирические откровения Офелии, стоящей в луче света и снега или кружащейся в том же луче в фате, одетой на папаху. Не отсюда и финал, закольцовывающий этого «комедийного» Гамлета, когда после бойни герои возвращаются к зрителю детьми, вспоминающими музыкальную тему актеров из пролога.
Как всегда в Музыкальном театре им. Станиславского и Немировича-Данченко превосходный актерский ансамбль, радующий свежими голосами, музыкальностью и артистизмом. Молодые певцы-актеры «вытягивают» оперу, с достоинством выпутываясь из любых «предлагаемых обстоятельств».
И лидирует тут, конечно, Сергей Балашов, играющий одного из безымянных «актеров», по ходу действия перевоплощающихся в различных персонажей пьесы. Он абсолютно органичен и в качестве «жирной улитки», и в ролях трусливого стражника, похотливого рэпера Гильденстерна, уморительно «блистательного» Короля в интермедии, фанатичного вожака митингующих «народных масс».
Гамлет Чингиса Аюшеева в отличие от остальных персонажей не весел, скорее мрачен. Его метания на тему «Какое же я все-таки дерьмо!» не вызывают улыбки, они заставляют думать. Думать – зачем этому превосходному певцу с крепким и подвижным тенором «Кончить дядю» и «Пойти повеситься в сортир?».
Офелия Ларисы Андреевой ближе к тителевской вакханалии и карнавалу. Ее оторва-героиня с портретом Димы Билана на майке, как рыба в воде среди обитателей этой российской глубинки – Дании. Да, она шлюха, но шлюха «с понятиями», заливающая свою грусть-тоску добрым винцом, не забывая поделиться «на троих» с Гертрудой и Клавдием.
Думаю, что не правы постановщики «комедийной оперы» «Гамлет», полагающие, что «Театр мне все откроет до конца!». Очевидно, что с ними, как и с Гамлетом, «случилось горе от ума». После просмотра этой мировой премьеры мне ближе слова уральского Горация: «Ступайте, принц! Тут нет альтернативы».
|
