 Утром 9-го апреля сердце Анатолия Равиковича остановилось, а несколько дней назад он рассказывал Gudok.ru о своем семейном счастье.
Анатолий Равикович недавно отметил своё 75-летие. Как и его герой Хоботов из кинофильма «Покровские ворота», он встретил своё семейное счастье в зрелом возрасте.
Ему было 40, ей – 18. На счету Равика, как его любовно называют друзья, была целая галерея блестящих ролей, а Ирина Мазуркевич делала первые шаги на сцене. Тем не менее большая разница в возрасте не стала помехой их счастью.
– Ирина, в театре романы часто возникают на спектакле: актёры играют любовь и потом эти отношения переносятся в жизнь…
– Когда я увидела Равиковича на сцене, я влюбилась в него в ту же секунду. Это был спектакль «Интервью в Буэнос-Айресе», где он играл клоуна. Я смотрела на него из зрительного зала и плакала от восхищения. И тогда я стала ходить на все спектакли, в которых он был занят. Потом на репетиции «Малыша и Карлсона» (я была Малышом, а он – Карлсоном) Равик, как он сам мне рассказал, обратил на меня внимание.
– Так чем вас покорил Равикович?
– Прежде всего как актёр. Он играл в спектаклях «Люди и страсти», «Дульсинея Тобосская», «Человек и джентльмен», «Укрощение строптивой» и производил большое впечатление в любой роли.
– Анатолий Юрьевич, а вы помните, когда вас сразила стрела амура?
– Мы вместе репетировали спектакль, она была талантлива, свежа, очаровательна. Меня это совершенно в ней покорило. Хотя тут, наверное, был и психологический момент. Сорокалетний мужчина чувствует какую-то потребность в обновлении и, как правило, связывает это с женщиной.
– И когда вы признались ей в любви?
– Это было в 1978 году. В тот день в театре отмечали старый Новый год, все выпили, атмосфера была праздничная. Мы с Ирой танцевали, и я впервые сказал ей, что она мне очень нравится. Я ей признался как бы в шутку, чтобы можно было всегда отпрыгнуть назад. Ведь самое страшное оказаться смешным в такой ситуации. Не могу сказать, что я получил ответ «да», но я понял, что сама идея принять ухаживания от человека моего возраста и моего вида не кажется ей совершенно бесстыжей, абсурдной и нелепой. И это меня вдохновило, дальше уже было легче.
– Ирина, женщина по своей природе обязана при выборе партнёра учитывать такие вещи, как его надёжность, способность обеспечить её и будущего ребёнка…
– Муж ушёл из своей прежней семьи с одним чемоданом – халат, две рубашки и костюм – вот, собственно, и всё, что у него было. А у меня была комната в коммуналке, которую я получила от театра. И он ко мне приехал на эти 12 метров. Там родилась Лиза. Причём муж был против её рождения, он говорил, что надо сначала получить отдельную квартиру, её обставить. А я говорила: да какое это имеет значение, что, некуда поставить детскую кроватку? Ну и всё.
– Анатолий Юрьевич, это правда, что вы отдали жене все бразды правления вашим семейным кораблём?
– Да, с большим удовольствием и готовностью. Я доверяю женскому уму. Он более внимателен к мелочам. Он окрашен некой иррациональностью, которая существует наравне со строгой логикой. Это и есть то, что мы называем женской тайной. Мужской ум всё-таки более рационален.
– Ира, ваши вкусы, оценки очень схожи?
– Я думаю, да. Допустим, мы сидим в разных комнатах и смотрим одно и то же кино по телевизору. Наступает какой-то момент, я кричу: «Равик, не плачь!» Потому что знаю, если у меня защипало в носу, значит, и у него тоже. Хотя он немножко другой, я больше холерик, мне надо двигаться, что-то делать. А он, как и многие мужчины, любит полежать на диване с книжкой. Хотя у нас бывают и стычки. Я, например, с утра люблю тишину, стараюсь, чтобы меня не «взбалтывали» примерно до обеда. А он любит петь, особенно с утра в душе – то, чего я не выношу.
– Анатолий Юрьевич, а у Ирины есть какие-то недостатки, которые вас раздражают?
– Ира очень властная натура, и, несмотря на то что я старше её на двадцать два года и опытнее, всем в доме командует она. Ей всегда нужно, чтобы люди вокруг делали всё именно так, как она считает правильным. Ей не нравится, как я вожу машину, что я не вовремя включаю поворотный сигнал. Иногда я просто выхожу из машины и иду дальше пешком.
Когда Ира занята в театре, я с удовольствием готовлю обеды, ужины. Но не дай Бог, чтобы в этот момент она оказалась дома. Это неусыпный контроль, это постоянные замечания: не так порезал морковку, посолил раньше времени, опустил не в ту воду.
Ира требует беспрекословного, почти тюремного подчинения правилам, которые она устанавливает даже в мелочах. Я, конечно, сильно рискую, рассказывая вам об этом. Когда я не выполняю её указания, меня ждёт гауптвахта.
– Да вы просто у неё под каблуком?
– Совершенно точно – я самый настоящий подкаблучник. Я вообще уже практически ничем не занимаюсь дома. Даже одежду она мне покупает, потому что я совершенно не выношу ходить по магазинам. Всё, что на мне, куплено ею, и она у меня даже перестала спрашивать, что мне нужно. Ира следит за моим расписанием в театре, знает, когда у меня спектакль, когда я еду в Москву, сколько мне надо с собой денег, какие лекарства и когда мне их принимать.
– Ира, Анатолий Юрьевич выступает в антрепризе в Москве – играл в спектаклях Театра Антона Чехова «Поза эмигранта», «Ужин с дураком» и «Цены», а в театре Хазанова – в спектакле «Ночь в Венеции»… Эти гастроли отнимают много сил?
– Да. Правда, в Москву он ездит два-три раза в месяц на пару дней. Отыграет спектакль – и домой.
– Сами вы в 1988 году покинули Театр Ленсовета и пришли в Театр комедии. «Зойкина квартира», «Биография», «Ромул Великий», «Укрощение строптивой», «Тартарен из Тараскона», «Мещанин во дворянстве» – сегодня без вас невозможно представить репертуар театра. Мне кажется, что из множества ваших ролей образ Эмилии Марти в спектакле «Средство Макропулоса» – один из лучших в вашей биографии.
– Такие роли вообще выпадает играть нечасто. За мою актёрскую жизнь было всего четыре работы, которые так неимоверно много для меня значили: «Спешите делать добро» и «Зинуля» в Театре Ленсовета, «Картины из жизни девицы Любови Отрадиной» в Доме Кочневой и вот Эмилия Марти. Меня этот персонаж поглотил целиком. Телом ты дома, а башка днём и ночью занята ролью. Хорошо, что муж артист и может это понять.
– Ира, это правда, что вас обоих приглашали на работу в Москву?
– Да, нас звали в Театр Российской армии. Конечно, в Москве интересной работы гораздо больше. Но мне Петербург близок по духу. Москва слишком суетлива. Хотя сейчас я думаю, что смогла бы там прижиться. Но самое главное для женщины – это иметь семью.
– Анатолий Юрьевич, как вы думаете, в чём секрет счастливого брака?
– Я думаю, в том, что нужно удерживать и завоёвывать любимого человека буквально каждый день.
Беседовал Игорь Логвинов
|
