Писатели, актеры, музыканты, философы о смерти самого одинокого человека на планете
По просьбе OPENSPACE.RU писатели, артисты и музыканты ответили на три вопроса о человеке, который еще при жизни перешагнул через многие границы человеческого.
1. Что вы ощутили, узнав о смерти Майкла Джексона?
2. Вы танцевали когда-нибудь под его музыку?
3. Что в его странной жизни казалось вам странней всего?
Дмитрий Быков, писатель
1. Естественно, сострадание.
2. Нет, никогда.
3. Что человек, положивший жизнь на заботу о собственном здоровье, изоляцию от мира, умер в 50 лет и предыдущие 10 лет были трагически несчастливыми. Начинаешь понимать людей типа Че Гевары: чем больше рискуешь, тем дольше живешь.
Максим Курочкин, драматург
1. Укол совести, потому что у меня в пьесе были слова «Майкл Джексон умер». Слова в пьесе говорит не автор, а герой, но меня все равно немного мучит совесть. Думаю, он был хороший человек.
2. Нет, но как посторонний наблюдал за тем, как развивался его образ и отношение людей к нему. Когда я выхожу с ребенком на балкон, говорю ему, что это трюк «Майкл Джексон» (когда он показывал публике своего сына и чуть не уронил того с балкона).
Линор Горалик, писатель
1. Ностальгию — умер культурный кумир детства.
2. Конечно, как и все люди моего поколения, — на дискотеках, в пионерских лагерях.
3. Мне абсолютно ничего в его жизни не казалось странным. Он всегда вызывал чудовищное сочувствие, потому что жил в ловушке. Он старался соответствовать выдуманной роли, а это становится с годами все труднее.
Андрей Родионов, поэт
1. Ничего. Интерес, наверное.
2. Не то чтобы танцевал, но мог. На дискотеках.
3. При других обстоятельствах он мог бы получиться другим человеком. А так — был рабом обстоятельств и не управлял своей жизнью.
Кирилл Серебренников, режиссер
1. Ушла эпоха, кончилось детство. Он казался вечным. Сегодня понятно, что кончился XX век. Эта смерть символична, как и все, что он делал.
2. Я не танцевал, но снимал фильм про фанатов Майкла Джексона в маленьких провинциальных городах; они одевались, как он, копировали его походку — и мальчики, и девочки.
3. Любая жизнь любого творческого человека может показаться странной обывателю. Я давно это слово — «странный» — не произношу. В его жизни было много противоречий, потому что он был плоть от плоти американской системы звезд, американской системы ценностей.
Александр Филиппенко, актер
1—2. Он не забудется. Говорят «поет как Утесов», и говорят «танцует как Майкл Джексон», но я сам никогда не танцевал под него. Его музыка — это не танец, это хореографический номер. Вот танго, рок-н-ролл — это танцы. Я танцую рок-н-ролл.
Олег Нестеров, музыкант
1. Ощущаю недоумение оттого, что его нет. Моя бабушка в таких случаях говорила: «Отмучился». Жизнь у него была не сахар. Умер человек, чьей величайшей миссией было показать наконец миру, что богатство и слава не синонимы счастья.
2. Совсем его не понимал, даже ни разу не танцевал.
3. Самое странное — это пересадка кожи. Этого мир никогда не понимал и не поймет.
Юлий Гуголев, поэт
1. Сожаление самое обычное. Как это ни цинично, поразился, насколько пестрым получился этот майско-июньский список. Конечно, люди не должны помирать строем, но уж очень получился прихотливый букет.
2. Раз вы задаете этот вопрос, вы, видимо, никогда не видели меня в жизни. Много раз и за деньги.
3. Почему-то одиночество. Он был несчастливый, дружил с 2-3 тетками, с теми, которые относились к нему как к ребенку. Он стремился к вечному детству, за что и поплатился. Странная история с его частями тела – как у Набокова в «Отчаянии» была «подкрашенная дохлятина». Добром это кончиться не могло.
Демьян Кудрявцев, поэт, генеральный директор ИД «Коммерсантъ»
1. Досаду.
2. Не думаю.
3. Ничего не было странным. Это ординарная жизнь для XX века — времени, когда разлагались на части все предыдущие поведенческие стереотипы. Он был и примером этого, и жертвой — попыткой признания нормальным плода смешения белого и черного. Джексон — дитя Мартина Лютера Кинга и его знаменитой речи про dream. Это dream не быть собой, свобода изменить себя и быть за это возносимым. Джексон — пример обретения этой свободы.
Валерий Подорога, философ
1. Поскольку он болел и делал операции, это не было неожиданностью. За ним тянется легенда его превращений. Я бы сказал, он умер как экспериментатор.
2. Не удалось. Но я видел его невероятную пластику. Замечательный был
поп-артист.
3. Самым странным казалось это его личное безумие, связанное с евгеническими утопиями. Откуда это у него? Нигде не объяснено. Множество негритянских артистов отлично делают карьеру, и его музыка никак не была связана с его внешним видом, как вы знаете.
Михаил Брашинский, режиссер
1. А что можно ощутить по поводу любой смерти, если это не смерть негодяя или личного врага?
2. Нет, но однажды вел машину по хайвею — неплохо получилось.
3. Что он, похоже, всегда был очень несчастлив.
Кирил Асс, архитектор
1. Ничего.
2. Нет.
3. Он очень рано сошел с ума, до того как все успели это осознать, еще в 80-е. Вчера, когда я узнал о смерти Майкла Джексона, у меня под рукой была бутылка кока-колы. Я сделал глоток и понял, что это кровь Майкла Джексона. Его кровь — кока-кола, его дом — «Диснейленд», его жизнь — это мультфильм.
© Getty Images / Fotobank
1990 год, Лондон
|
