Ведущий передачи «Человек и закон» постепенно прощается со своим строгим имиджем. Сняв ряд сериалов, Алексей Пиманов взялся за комедию.

Как развлекаются кремлевские вороны

 
– Алексей, а вы Ольге Погодиной не изменяете – уже третий фильм с нею снимаете.
– Да, мы сделали как сопродюсеры сериал «Ненависть», она снялась у меня в «Трех днях в Одессе» и теперь занята в «Новогодней комедии». Планируем выпустить фильм в декабре.

– А своих детей не хотите поснимать? Ведь ваша дочь Даша, например, уже пела бардовские песни за Веру в «Александровском саду».
– Когда она узнала, что я снимаю «Новогоднюю комедию», сказала: «Если надо спеть, говори». Пение для нее – такая отдушина! Даша даже собиралась стать певицей, но, случайно попав за кулисы «Фабрики звезд», передумала. Пока занята продюсированием и режиссурой. Ее последний фильм был про Сережу Безрукова.

– Работая над документальным сериалом «Кремль, 9», наверное, слышали истории про привидения? Сами их не встречали?
– Однажды мы снимали 21 декабря и позабыли о том, что в этот день родился Сталин. Мы долго искали для съемок сталинскую бронированную машину и впервые за 50 лет пригнали ее в Кремль. Оператор ко мне приставал: «А как ее снимать?» И я ответил: «Будто там сидит живой Сталин». Часа в три ночи я пугал девчонок из съемочной группы: «Смотрите, тут тени ходят!» А когда мы стояли на Ивановской площади и машина находилась метрах в 15 от нас, вдруг раздался хлопок двери. А он у этого броневика очень мягкий – ни с чем не перепутаешь. Я оборачиваюсь: «Кто в машину полез? Хлопок слышали?» Все стоят как вкопанные, отвечают: «Да!» И когда мы поняли, что в машине никого нет, сильно напряглись.
Ночью Кремль совсем другой – старая заснувшая крепость... А днем там суета, ворон много. Я долго не мог понять, зачем их гоняют с крыш, думал, может, потому что могут нагадить, а оказывается, беда в другом. У ворон, которые из поколения в поколение живут в Кремле, есть развлечение: они садятся на пятую точку, скатываются с куполов и при этом когтями сдирают с них позолоту. А реставрация стоит бешеных денег.

– Алексей, сказок не рассказывайте!
– Ну что вы, это правда, клянусь вам! На моих глазах было. Они же невероятно умные, заразы. Еще кремлевские вороны любят один флаг – самый жесткий из всех. В ветреную погоду им нравится играть на нем в игру: кто дольше удержится?А вообще я Кремль очень люблю. Где еще в мире такой есть? Я его называю «торт».


В детстве воровал арбузы и шоколад

– К «Человеку и закону» все привыкли. Наверное, и угроз в ваш адрес стало меньше?
– Да, отмороженных не так много, как в 90-х годах. Но я все равно никогда не хожу через центральный вход «Останкино», потому что там все время ходоки стоят. Один раз какой-то человек бах передо мной на колени. И в слезы: «Я приехал из Сибири, восемь дней не ел, на вокзале ночую, жду вас. Помогите! Сына убивают!» Ты стоишь, он рыдает, и не знаешь, что делать. В конце концов я дал ему телефоны редакторов, но при этом чувствовал себя не в своей тарелке, будто «отмазался». Моя жена Валя шутит, когда меня узнают прохожие: «По улице слона водили...» А мы с Якубовичем, когда с нами хотят сфотографироваться, говорим: «Ну что, поработаем пальмой?»

– «Человек и закон» – программа о законности, а насколько вы законопослушны?
– Я с детства был жутко ответственным и иногда ненавижу себя за это. А что такое правонарушение?

– Например, на красный свет дорогу перейти.
– Это, естественно, я делал. Что же я – ангел? В детстве мы с пацанами даже арбузы воровали из вагонов. Кто в окно залезал, кто на шухере стоял, а я всегда ловил арбузы, когда их бросали из окна. Было смешно, когда я шел домой и от жадности тащил в обеих руках по арбузу, а третий катил ногами по земле. А он все время укатывался. И шоколад на фабрике «Красный Октябрь» воровали. Возле склада остывали бочки, и мы знали, когда шоколад не горячий, а теплый, но еще жидкий. Засовывали туда руку, затем вынимали ее, шоколад на ней застывал, и мы целый день ходили и слизывали его. А в армии я чуть человека не убил! Причем сознательно. У нас был старшина – прапорщик, который садистски издевался над теми, кто еще года не прослужил. Мог заставить один призыв черпать руками дерьмо из  очка, а второй призыв – обратно все убирать...

– Зачем?
– Заставить подчиняться. Он был барином на закрытой площадке – я служил на Байконуре, – хотел иметь абсолютную власть над людьми и делал для этого сознательные шаги: загонял людей в состояние забитых скотов. Вот и нас, москалей и питерцев, сразу попытался сломать. Тем более что старший призыв был сплошь с Западной Украины. Нас били до полусмерти. Ночью поднимали – и 40 человек на нас, 11 ребят, наваливались. И ничего не сделаешь! Но мы не сдавались. Мне, например, говорили, что утром я не проснусь, потому что меня закопают в степи, сказав, что я – дезертир. И я с того времени, если мне надо, умею не спать несколько суток. Затыкаю одно ухо пальцем, изолируя первый слой звука, но при этом слышу шаги, движения. Жить-то хочется! На втором году службы я стал лидером среди своих ребят, старшина почувствовал во мне соперника и решил «научить». Загнал в каптерку. А мы знали: если попадешь туда, тебя побьют. После того как он меня первый раз ударил, я схватил обрубок табуретки и начал его бить. Оттуда гвозди торчали – убить я мог запросто! Слава Богу, ребята меня оттащили.


Жену не пасу

– Ваша супруга Валентина – тоже телеведущая, ведет программу «Кумиры». Не сталкиваетесь лбами, как две творческие личности?
– Ну да, приходим домой – и давай метелить друг друга! На самом деле мы давным-давно поняли, что у каждого своя ниша и мы друг другу не конкуренты. Валя – абсолютно самостоятельный человек. Всё, от первого гвоздя, делает в своей программе сама, вместе со своей командой, я ее не пасу. Но поскольку я являюсь еще и руководителем компании «Останкино», тут возникают определенные сложности. Например, команда жены может получить замечание от «Первого канала». А какая реакция у любого творческого человека на это: «Кто эти люди? Почему они мне указывают?» И я всегда позволяю группам самим решать вопросы с каналом, без меня. Так правильнее. Но бывают моменты, когда нужно выступить: меня и канал послушает, и команда жены. И иногда я встаю не на ее сторону. Естественно, первая реакция очень сложная, но к этому надо относиться спокойно. Я стараюсь быть честным.

– Как вас на все хватает, Алексей?
– Да я на самом деле мог бы каждую неделю выходить с «Человеком и законом» – чего еще надо? Но снимать фильмы мечтал с детства, шел к этому 10 лет и решился осуществить мечту, хотя когда-то боялся этого, как многие: а вдруг не получится?..